СИЗО №2, Камышин

СИЗО No.2 Камышина — это следственный изолятор, расположенный в городе Камышин Волгоградской области. С 2022 года он используется российскими властями для содержания украинских военнопленных, в том числе военнослужащих бригады “Азов” и украинских морских пехотинцев. Заключенные содержатся в переполненных камерах, рассчитанных на 2-8 человек, часто под постоянным наблюдением и жестким контролем. Даже такие простые действия, как встать, пока кто-то другой ходит в туалет, запрещены.

Пытки в Камышинском СИЗО No. 2 являются постоянными, экстремальными и намеренно дегуманизирующими. Часто применяются пытки электрошоком. Допрашивающие используют советские полевые телефоны (“тапик”), подключенные к частям тела или гениталиям заключенных. Военнопленные рассказывали, что кричали от боли, а их заставляли кричать: «Мы счастливы! Мы счастливы!» во время пыток электричеством.

Удушение жгутами Эсмарха является обычной практикой. Пленные рассказывают, что они задыхаются, бьются в конвульсиях и теряют сознание, а на шее у них появляются синяки. Военнопленные сообщают, что их подвергают избиениям сразу по прибытии, иногда в течение 12 часов без перерыва. Побои наносятся кулаками, дубинками и молотками. Военнопленные рассказывают о случаях, когда охранники спускали на них собак. Сексуализированные пытки включают угрозы и симуляцию действий, например, введение устройств в анус или угрозы впрыснуть строительную пену.

Татуировки с украинской символикой, религиозными изображениями или знаками отличия “Азова” были мишенью в первую очередь. Военнопленных заставляли счищать татуировки камнями. Украинский трезубец был назван “фашистским символом”.

Вынужденные признания выбивались с помощью многократных пыток. Жертвам приказывали “придумывать” преступления, например убийства мирных жителей, и называть имена своих командиров. Тех, кто сопротивлялся, подвергали более жестоким пыткам.

Камышинский СИЗО № 2 — последнее место содержания командира медицинской службы «Азова» Александра Крохмалюка. В сентябре 2025 года тело Крохмалюка вернули Украине в рамках очередного этапа репатриации «1000 на 1000». Судебно-медицинская экспертиза установила причину смерти: перелом ребер и тупая травма грудной клетки.

«Это очередной приговор системе международного гуманитарного права, не способной защитить здоровье и жизнь украинских военнопленных в российском плену. Открытое и пренебрежительное нарушение Женевской конвенции, пытки и убийства украинских военнопленных — это целенаправленная варварская государственная политика россиян. Систематическая и задокументированная, но безнаказанная», — подчеркнул заместитель командира «Азова» Святослав «Калина» Паламар.

Медицинское обслуживание служит прикрытием для дополнительных издевательств. Мнимый “врач” бил заключенных электрошокером, спрашивая, кому нужна помощь. Заключенные подвергались нападению во время процедур, например, их били электрошоком во время наложения повязок. Страх перед дальнейшими пытками отбивал у военнопленных желание обращаться за медицинской помощью.

Травмы намеренно наносились таким образом, чтобы не оставалось видимых синяков, часто поверх уже существующих ран.

Еда становится оружием и методом контроля. Время приема пищи ограничено несколькими минутами. За это время заключенные должны поесть, помыть и вернуть посуду, иначе им грозят побои. В некоторых случаях военнопленных кормили один раз в день в течение недели или они оставались без еды несколько дней. Гигиенические условия не описаны подробно, но общая система наказаний предполагает крайне низкие санитарные стандарты. Есть информация об эпидемии туберкулеза в СИЗО.

В учреждении применяется постоянное психологическое насилие. В качестве наказания используется лишение сна. Военнопленным приказывали сидеть на корточках или стоять всю ночь под наблюдением. Общение между заключенными запрещено. Один военнопленный рассказал, что его держали в неотапливаемой изоляционной камере в течение 1,5 месяцев. 

Заключенным неоднократно говорили, что они не покинут тюрьму живыми, если не подпишут признания. Имитация полиграфа с использованием пыточных устройств использовалась для дезориентации и принуждения к выполнению требований.

«Каждый день они вызывали нас, чтобы подвергнуть различным видам пыток. В течение недели они почти не давали мне спать. Они постоянно заставляли меня делать приседания и отжиматься. В камере постоянно горел свет. В двери был глазок, и они постоянно наблюдали — заставляли приседать или стоять всю ночь» – Сергей Таранюк, украинский морской пехотинец, командир десантной роты

«В Камышине они использовали жгуты Эсмарха для удушения. Были случаи, когда люди задыхались, бились в конвульсиях и теряли сознание, находясь на грани смерти. Их шеи были покрыты синяками». Во время допросов использовался «тапик» (советский полевой телефон): «Когда его включали, казалось, что каждая косточка в твоем теле ломается и каждая мышца рвется. Во время одного из таких допросов я ударился головой об пол, чтобы заглушить боль. Капилляры в моих глазах лопнули — кровь была повсюду. Все через это прошли» – Артем Дубина, пресс-офицер «Азова»

«Когда входишь в комнату, тебя сразу же бросают на бетонный пол и начинают избивать. Меня никогда раньше так сильно не били. Они использовали все — ноги, кулаки, электрошокеры, резиновые дубинки, деревянные молотки, собак. Чтобы вы представляли, как долго это длилось: нас привезли туда в 12 часов ночи 3 октября, а в камеру я попал в 12 часов дня 3 октября» – Владислав Стрюков, украинский морской пехотинец.

«Там был человек в больничном халате — он был похож на медика. Он сказал, что он врач. Он бегал среди избиваемых людей, спрашивал, не стало ли кому-то плохо. Когда кто-то просил о помощи или терял сознание, этот “доктор” подбегал к нему, кричал: “Сейчас я тебя вылечу!” – и бил электрошокером» – Владислав Стрюков.